– Ну, всё понятно тебе насчёт фамилии? – поинтересовалась Аля, когда они остались с зайцем одни.
– Ничего не понятно. У этого далёкого предка, какая была фамилия, до того, как он мельником стал? – поинтересовался дотошный заяц.
– Какой же ты глупый! Что значит: «до того»? Я думаю, он всегда был мельником, он же Предок, с большой буквы, понимаешь!
– А почему тогда был, если он Предок, с большой буквы? Наверно, он и сейчас есть!
– Наверно! – охотно согласилась девочка. – Вот бы на него посмотреть! Только где он живёт?
– Я примерно знаю, где его можно найти. – уверенно отозвался Скамейкин. – только ты у папы больше не спрашивай об этом. А то, его ответ тебя огорчит…
Все эти умные разговоры происходили в ванной, где девочка купала Скамейкина в тазике. Когда плюшевый заяц перестал выделять чёрную воду, он был прищеплен за уши к бельевой верёвке на балконе. Алина уселась рядом на табуретке, любуясь чистым и пригожим заячьим видом.
Ей понравился солнечный оранжевый цвет шубки, и красивый зелёный мешочек, который обнаружился в лапках. Заяц чем-то отдалённо напоминал Деда Мороза, хотя вид у него был летний. Девочка долго думала о том, что может быть у него в мешочке, и будет ли красиво спросить об этом напрямую. Совсем некрасиво и даже глупо спрашивать у Деда Мороза: «Что у тебя в мешке?» Понятно же, что это тайна. Девочка решила: пусть и у зайца будет своя маленькая тайна.
Заяц болтался на верёвке очень довольный тем, что он такой чистый. Алина посмотрела на его довольную мордочку и рассмеялась.
– И почему у тебя такие уши удобные, словно специально для прищепок!
– Ничего смешного, – солидно ответил зайчик. – Большие уши – это признак мудрости.
– Да, ну! – удивилась девочка. Она перестала смеяться и схватилась за свои уши. – Значит ты меня умнее?
– Значительно! – уверенно заявил зайчик, покачиваясь на ветерке и поглядывая на Алину сверху вниз. – Но не умнее, а мудрее. А это важнее.
– А в чём разница между умностью и мудростью?
– Вот, сама подумай. Некоторые десять лет учатся в школе, а всё равно дураки дураками. Почему так?
Алина вспомнила некоторых старшеклассников, которые курят за углом школы и отнимают деньги у маленьких, и согласилась:
– Правда. Но, почему так, не знаю… Наверно… ну… потому, что они злые.
– Точно! От того, что ты выучишь таблицу умножения, не станешь счастливее или лучше. А вот, если у тебя прибавиться мудрости, то от этого станет лучше, и тебе, и всем вокруг.
Девочка посмотрела внимательно на зайчика: «Не шутит ли с ней Скамейкин?»
– Ну, давай. Делись, что ли, мудростью, если она у тебя есть.
– Поделюсь. Но не сейчас. Подходящий момент нужен. Понимаешь? Когда ты сможешь почувствовать мудрость. Мудрость – это ощущение, а не знание.
– А я думала, мудрость из книжек берут.
– Нет. В книжках только знания, а мудрости нет. Вся мудрость в жизни. Поэтому самый мудрый не тот, кто много прочёл, а тот, кто много прожил.
– Правильно говорить не «много прожил», а «долго прожил».
– Я правильно говорю. Можно долго прожить и мудрости не нажить. Жизнь пройдёт мимо, и всё.
– А как же надо жизнь жить, чтобы она мимо не прошла?
– А так, как мы, зайцы живём. Надо быть чутким, надо уметь прислушиваться ко всему вокруг. И не только вокруг, но и внутри.
– А я думала, вы, зайцы, хуже всех в лесу живёте. Всех боитесь, всю жизнь прячетесь. Страшно вам и грустно жить.
– Да, пожалуй, волку и лисе живётся веселее. Да только веселье их злое и грубое, и мало в нём радости. Радость – это нежное чувство…
Алина глубоко задумалась. Здорово быть мудрым, слышать то, что происходит глубоко, и нежно радоваться жизни. Но, неужели этому может научить заяц? Она впервые в жизни о таком слышала…
До чего же необычный друг у неё появился! Эти мысли не оставляли её весь день, и даже ночью ей приснился Скамейкин. Хорошо, что он больше ничего умного не говорил, просто улыбался со своей скамейки в полной темноте. Странно, что во сне на детской площадке тоже была ночь. Практически ничего не было видно, только маленькое ушастое пятнышко света в полной тьме.
И Алина подумала о том, что зайчик очень смелый, если просидел целую ночь один в темноте, и не стал злым, не сердился на тех, кто его там бросил. «Значит, он мудрый!» – подумала девочка, и решила его слушаться.
Глава III. День защиты себя
Заяц просыхал долго. И, если бы не кончился дождь, то и за неделю бы не высох. А на жарком летнем солнышке высох за день, пока Алины дома не было. Она ездила с мамой и папой в парк на праздник 1 июня. Это был её первый по-настоящему счастливый день с той поры, как её семья переехала из Украины в Россию. Они бежали от войны, им пришлось бросить всё, к чему привыкла Алина: дом, игрушки, школу, друзей. Поначалу, ей казалось, что рухнул целый мир, что уже никогда не будет нормальной жизни, и она не сможет беззаботно смеяться и радоваться жизни. К счастью, она ошибалась.
Постепенно почти всё наладилось, у мамы появилась хорошая работа, они нашли постоянное жильё, и больше не стесняли бабушку с дедушкой. Правда, у папы не всё ладилось с работой, и в новой школе Алина пока не смогла найти новых друзей. Но, главное, что солнце светило в небе по-прежнему, радостно и беззаботно, а не так, как в те страшные дни, когда солнце было похоже на тусклую лампочку в бомбоубежище.
Приехали они домой уже поздно вечером. Алина сидела на кухне вся усталая и полная до краёв впечатлениями. Ничего уже не хотелось делать. Она была уверена, что после зоопарка и детского кафе, сегодня ничего интересного в её жизни уже не произойдёт. Здорово и смешно было пить чай с кусочком черничного пирога и, незаметно, сползать со стула, засыпая.
Слишком много было впечатлений за день. Они не помещались в голове, и некоторые уже начинали превращаться в сновидения. Это очень ловко кто-то придумал: делать сны из того, что мы стараемся получше запомнить. Даже в маленькую детскую голову помещается огромное количество снов, целые тысячи! А в каждом сне может оказаться всё что угодно: любое, самое яркое и большое воспоминание, или целый воображаемый мир!
И вдруг, Алина подпрыгнула на стуле. Сон как рукой смахнуло с её лица. Она увидела висящего на балконе, на бельевой верёвке, оранжевого Скамейкина. Её новый друг явно просох, приободрился, распушился, и был готов играть! Она быстро сбегала на балкон, пока родители не видели, а то мало ли что они скажут. И понесла Скамейкина знакомиться с другими игрушками, которые очень удачно сидели все в рядок на спинке дивана.
Алина представила Скамейкина всем по очереди. Все вежливо здоровались, но было заметно, что почти все игрушки здороваются не очень охотно, и воротят нос от нового знакомого. Только медведь, с очень оригинальным именем Мишка, не стал воображать из себя важную персону, и обрадовался Скамейкину. «Вот они будут дружить!» – решила Алина и посадила их вместе. Чтобы помочь Скамейкину подружиться со всеми, Алина решила устроить праздничное чаепитие.
Она достала игрушечный чайный сервиз и стала накрывать на стол. Попутно, она рассказывала игрушкам про праздник «День защиты детей». Все игрушки сидели, раскрыв рты от удивления, они никогда не слышали про такой праздник, и только Скамейкин смотрел хитро и недоверчиво. Наконец, Алина не выдержала:
– Скамейкин, что тебе не нравиться?
– Глупый праздник.
– Почему?
– Все и так знают, что детей надо защищать. У каждого человека и так есть инстинкт защиты детей, заложенный самой Природой.
– Наверно, не у всех. Некоторые обижают детей.
– Значит – они не люди, если у них не работает один из основных человеческих инстинктов. Надо их всех просто переловить и выяснить кто они такие: инопланетяне, или мутанты. А не праздники устраивать.
– Значит, праздник не нужен? – разочаровано протянула Алина.
– Нужен! – успокоил её Скамейкин. – Но, немножко другой. Давай праздновать «День защиты Себя»!
– День защиты тебя? – уточнила девочка.
– Нет, не только. И день защиты меня, и тебя, и всех других детей, и взрослых, и всех, у кого есть самосознание.
– Тогда, это будет «День защиты всех».
– «День защиты всех» – никого не защитит, – покачал головой зайчик. – Так же, как никого не защитил «День защиты детей». Потому что это всё обо всех, а значит ни о ком. Нужно с одного человека начинать, а лучше всего с самого себя – вот тогда будет толк!
Зайчик так воодушевился, что, кажется, даже стал больше. А ведь был всего лишь с детскую ладошку. Не только Алина, но и все игрушки слушали его с удивлением. Мишка даже упал на спину.
– День защиты меня, но не Скамейкина. И день защиты тебя, но не Алины Мельниковой. Потому, что не имена главное в нас, и даже не то, что ты человек, а я – плюшевый заяц.
